Жизнь за Украину. «Сын очень хотел жить»

26 ноября 9:57
журналист

Их портреты висят в воинских частях и родительских домах. Для побратимов они навсегда останутся в строю, а мамы и жены будут вспоминать их голос в телефонной трубке. В последние минуты жизни они твердили: «У меня все хорошо». «Харьковская неделя» продолжает спецпроект о воинах XXI века, которые отдали свою жизнь за Украину.

На столике в квартире Нины Петровны Плоходько стоит большая фотография сына. Руслан широко улыбается. Таким жизнерадостным и добрым он был всегда, говорит мама героя. Через дорогу от родительского дома в Харькове – улица, названная в честь Руслана Плоходько. Летчик стал первым харьковчанином, погибшим на Донбассе.

Это произошло ранним утром 2 мая 2014 года под Славянском. Возле села Карповка боевики из зенитных ракетных комплексов сбили патрулирующий вертолет украинских военных. 39-летний командир вертолетного звена 16-й отдельной бригады армейской авиации «Броды» майор Руслан Плоходько (посмертно присвоено звание подполковника) вылетел на помощь к побратимам. Вражеская ракета ПЗРК попала в его Ми-24. Все трое членов экипажа погибли.

Нина Петровна признается: не может убрать портрет сына. Каждое утро она смотрит на фотографию улыбающегося Руслана – и, кажется, будто все хорошо, а он снова уехал в командировку и не может позвонить.

Фото из личного архива

Руслан Плоходько был миротворцем в Конго и Либерии. Фото из личного архива

«Я буду летать»

Решение Руслана Плоходько носить погоны не удивило родителей. Еще в детстве, когда папа – кадровый военный – брал сына на работу, его приводили в восторг самолеты.

Мужа отправили в Польшу, мы уехали всей семьей, и старшие классы Руслан заканчивал там, – рассказывает Нина Петровна. – Переезды и жизнь военных была для него привычной. Я и сама десять лет проработала в армии. Будучи в Польше, выезжала на полигон, меня не было дома по две недели. Сыновья оставались с мужем, ждали меня, а когда я приезжала домой, они говорили: «Мамочка наша вернулась с войны». Муж тоже часто был в командировках. В 1992 году мы приехали в Харьков, и сын заявил: «Я собираюсь поступать в военное училище, буду летать». Но поскольку решение было спонтанным и он не готовился, то провалился. А уже в 1993-м стал курсантом Харьковского института военно-воздушных сил. В 1998 году по распределению уехал в Броды. Так сын и стал военным человеком.

Когда в Украине было спокойно, Руслану Плоходько пришлось побывать на чужих войнах. В составе миротворческого контингента он проходил службу в Либерии и Конго. Все время уверял близких, что находится в безопасности.

Фото из личного архива

Авиация манила Руслана с детства. Фото из личного архива

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: «Саша уезжает на войну»

Он мне позвонил и сказал: «Я хочу полететь в Либерию, ты не волнуйся, там нет ничего опасного, мы будем только патрулировать». В 2013-м снова собирался в Конго. Уже тогда я была против, уговаривала его бросить армию, больше быть с детьми. Но он отвечал: «Ты же знаешь, я выбрал себе такую жизнь, мне нравится летать и буду делать это, пока могу». Руслан любил жизнь, детей, жену. Из каждой поездки привозил фотографии, рассказывал о разных странах. Сын очень хотел жить, – вспоминает Нина Петровна.

Два раза брали ДНК

Когда в Украину пришла война, перед Русланом Плоходько не стоял выбор, ехать на Донбасс или нет. В начале марта 2014 года они вместе с побратимами уже вылетали в Донецкую область – патрулировать Краматорск и Славянск.

Нина Петровна вспоминает: младший сын Андрей трижды ездил в зону АТО, чтобы отвезти летчикам продукты и сигареты.

Первого мая Руслан позвонил мне ночью узнать, как дела. Тогда он был в Чугуеве. Сказал, что они отлетали, и 2 и 3 числа у них, скорее всего, будут выходные. И сын задал мне вопрос: «Мамуль, скажи, если будет такое время, что меня заставят стрелять, что мне делать?». Я ему ответила: «На войне или тебя, или ты». Он мне говорит: «А войны у нас нет. Вокруг – мирные люди. Как я могу стрелять?». Я ему сказала: «Я тебя просила уйти из армии, но ты сказал, что это был выбор. Ты только себя береги». А второго мая его уже не было, – рассказывает Нина Плоходько.

Фото из личного архива

Руслан говорил маме, что будет летать, пока есть возможность. Фото из личного архива

В тот день под Славянском погибли пятеро украинских летчиков. Сначала сбили вертолет друга Руслана – Сергея Руденко. Одного спасшегося члена экипажа взяли в плен террористы. Вертолет Плоходько полетел на помощь.

Вертолет Руденко сбили, и экипаж попросил подмогу, – рассказывает Нина Петровна. – К ним вылетел Ми-8 и по нему сделали больше 20 выстрелов. Ребятам была нужна помощь и тогда на Ми-24 послали Руслана. Сын их благополучно посадил, все члены экипажа остались целы. И потом ему был дан приказ лететь дальше на патрулирование в другой квадрат. Руслан сделал круг над ребятами и начал набирать высоту. Уже потом побратимы рассказали, что его вертолет поднялся над линией проводов, первая ракета ПЗРК попала в кабину, вспышка – вторая ракета в сам вертолет. Сергей Руденко упал на поле возле села Карповка, километров через пять упал Руслан. Он погиб 2 мая, а 21 мы их только похоронили. Два раза у меня брали анализ ДНК и только потом сказали – 100 процентов это он. Хотя сомнений ни у кого уже не было. Четвертого мая мы были в Бродах, каждый день ждали, что привезут наших детей. Все это время они были в морге на Дмитриевской в Харькове, но никто нам этого не сказал.

Больше двух недель Нина Петровна жила в ожидании. 20 мая в самолете с пятью цинковыми гробами она летела во Львовскую область – хоронить сына.

Командир дал приказ – взять близких на борт самолета, где будут гробы. Мы вылетели из Чугуева, останавливались для прощания и отпевания в Днепре. В Бродах меня поразило отношение к героям. От аэродрома по две стороны дороги стояли военные и весь город – и взрослые, и дети. Звонили колокола церквей, все остановилось, мы ехали пять километров до воинской части и вдоль дороги стояли люди с плакатами «Герої не вмирають». И по сей день они не забывают – никто не проходит мимо могил наших детей. В этом году матерям погибших летчиков дали ордена. Я благодарна, что они помнят моего сына и меня.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: «Микола був при тямі, намагався врятувати побратима»

В этом году 2 мая Нина Петровна вместе с сыном Андреем ездили на место гибели Руслана – в село Карповка. Там волонтеры открыли памятники героям. На месте их гибели до сих пор обгоревшие верхушки деревьев, а земля спустя три года после трагедии стала твердой, как асфальт.

Фото из личного архива

Перед майором не стоял выбор: защищать Украину или нет. Фото из личного архива

После похорон Руслана я приехала домой и единственное, чего мне хотелось, – побыть одной. Потом я вышла на работу, в поликлинику, – говорит мать Руслана Плоходько.

После потери сына у нее ухудшилось здоровье, в первое время было тяжело общаться с людьми. Позже с Ниной Петровной связались волонтеры, познакомили с женщинами, которые потеряли на войне своих мужчин. Поддерживая друг друга, они вместе учатся жить по-новому и мириться со своей страшной реальностью.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ. Сын сказал: «Мама, это моя работа»

В мае 2015 года в Бродах открыли Аллею славы погибших на Донбассе летчиков. Руслан Плоходько посмертно награжден орденом Богдана Хмельницкого І степени. 12 октября в Харькове на фасаде школы № 128, где учился Руслан, установили мемориальную доску в его честь.

Фото из личного архива

Руслан Плохоько награжден рядом наград, посмертно ему присвоено звание подполковника. Фото из личного архива

У подполковника Плоходько осталось двое детей – 13-летний сын и 6-летняя дочь. Мимо родительского дома Руслана в Харькове и сейчас летают вертолеты – доставляют в госпиталь раненых c Донбасса.

 

Комментариев: 0
    Аугусто Пиночет - диктатор “Чилийского чуда” На Донбассе считавшиеся погибшими двое бойцов вернулись в воинскую часть
    Перейти на главную страницу 2day.kh.ua Перейти на 2day Авторы